События культуры » Иван Федоров

Печатник невиданных книг

В этом году мы отмечаем 500-летие со дня рождения Ивана Фёдорова — великого русского просветителя и первопечатника. Ему мы обязаны огромной популярностью книги и повсеместным распространением русского слова на просторах нашей необъятной Родины.Памятник Ивану Фёдорову в Москве скульптора С.М. Волнухина и архитектора И.П. Машкова (1909 г.)

Нынешний юбилей весьма условный, так как год рождения нашего славного со­отечественника — 1510-й назван исследователями как наиболее вероятный. Малочисленность источников aне позволяет составить чёткого представления о мастере. С этой проблемой в XIX веке столкнулись отечественные и зарубежные ваятели, откликнувшиеся на призыв Московского археологического общества создать памятник великому русскому первопечатнику. Проекты рассматривали без малого сорок лет. Кстати, на следующий день после открытия монумента скульптора С.М. Волнухина и архитектора И.П. Машкова (это событие состоялось 12 октября 1909 года) у памятника появился анонимный венок с надписью «Первому мученику русской печати». С того времени историки сделали немало открытий, о деятельности знаменитого россиянина сняты художественные фильмы, в его честь организованы «Фёдоровские чтения». Однако до сих пор не известны ни место, ни день рождения, ни подробности жизни мастера. Сведения о том, что родился первопечатник в нынешней Калужской области, большинство исследователей считают неубедительными. Белорусский след в судьбе мастера также не доказан, хотя и интересен. Ведь эру славянской книги открыл уроженец Полоцка Франциск Скорина, а ближайшим сподвижником юбиляра был Пётр Мстиславец — уроженец белорусского Мстислав­ля. Между тем Иван Фёдоров не раз подчёркивал своё московское прошлое и вошёл в историю как «Московитин».

Не менее любопытно, где и у кого научился Иван Фе­доров печатному ремеслу. В Германии, Польше, Литве? Поиски не увенчались успехом. Правда, в книге лиц, удостоенных учёных степеней Краковского университета, сохранились сведения о некоем «Иване отпрыске Фёдора Москвитина». Эта информация дала повод известному исследователю Е.Л. Немировскому полагать, что это и есть наш первопечатник. Как бы там ни было, но эта версия не объясняет, где получил опыт книгопечатания наш великий соотечественник.

Личность Ивана Фёдорова поистине европейского масштаба. Он был разносторонне талантлив: наряду с издательским делом владел техникой гравюры, знал несколько языков, отливал пушки, изобрёл многоствольную мортиру. Работал в Кракове, Гравюра св. Луки и текст в первой датированной русской книге «Апостол» (1564 г)Вене, Дрездене. Имел тесные связи с просвещёнными умами Европы. Об этом свидетельствует переписка Фёдорова с саксонским курфюрстом Августом.

Огромно его влияние и на духовный мир соотечественников. Именно он напечатал первую полную версию славянской Библии (так называемая «Острожская Библия»). Примечательно, что после Ивана Фёдорова полное издание этой книги было осуществлено в Москве только в 1663 году. Несомненно, что «Острожская Библия» немало повлияла на утверждение церковно-славянского языка в качестве основного языка книжно-письменной культуры восточного славянства. О просветительском характере деятельности мастера говорит и изданная в конце его жизни во Львове «Азбука», по сути, первая восточнославянская учебная книга. Известно, что в Болгарии и Валахии по ней учились почти триста лет. Удивительное   признание и долголетие!

И всё же наиболее ярко талант Ивана Федорова расцвёл в издательском деле. Здесь проявилась ныне подзабытая черта русского характера — добиваться результата при отсутствии необходимых ресурсов. Несомненно, русские мастера учились печатному ремеслу самостоятельно, методом проб и ошибок. Иначе как объяснить, что первая датированная книга ­Фёдорова «Апостол» не похожа на западные образцы и вполне современна? Удивительно, но факт — блоки первой датированной русской типографской книги почти совпадают с размером современной страницы А-4. Размер шрифта, его лёгкий наклон Печатный дворвправо, расстояние между строками не вызывают раздражения у читателя. Кроме того, «Апостол» снабжен колонтитулами, подстрочными и надстрочными ссылками. Даже в знаменитых орнаментах из виноградных листьев и шишек, выполненных в чёрном цвете, ощущение объёмности и нарядности не меньше, чем в рукописных книгах. При этом орнаменты в книгах мастера не вытесняют текст на второй план, а, напротив, выделяют и украшают его, привлекая внимание.

В отличие от западных образцов русский печатный станок имел иную словолитную форму, имитирующую рукописный почерк. Такой шрифт благодаря присущим графике письма того времени выносным элементам создавал эффект перекрещивания строк. Важно, что печатники закрепили в книжной графике так называемый полууставный шрифт, продемонстрировав тем самым, что с глубоким уважением относятся к многовековой книжной культуре Руси.

Вернёмся к судьбе нашего юбиляра. Огромный успех «Апостола» (1564 г.) и «Часовника» (1565 г.), казалось, гарантировали Фёдорову и помощникам уважение и почёт. Но вся дальнейшая плодотворная деятельность печатника прошла за пределами Московского государства. И здесь много неясного и одновременно очевидного. Нет пророков в своём отечестве! Во-первых, труд «друкарей» вызвал недовольство у переписчиков книг — печатный станок делал их труд затратным.

Но главная причина отъезда заключалась в другом — общество буквально ополчилось на новаторское, полезное, народное дело Фёдорова и его товарищей. Для некоторых ревнителей старины неслыханной дерзостью стали книжные комментарии Фёдорова и просветительская деятельность, допускающая более вольные толкования Священного Писания, использование понятного народу языка. Неудивительно, что дело Фёдорова было объявлено колдовским. После таких обвинений заступиться за мастера было некому. Известный покровитель и вдохновитель печатного дела митрополит Макарий умер незадолго до выхода «Апостола». Оставалась надежда на царя. Однако самодержец к тому времени охладел ко многим проектам, в том числе и книжным. Вскоре Иван Васильевич Грозный объявил об оставлении царства, а затем об учреждении опричнины. В Московии начался невиданный террор. Оставаться в Москве в такой обстановке было очень опасно. В 1566 году в типографии Фёдорова произошёл пожар, и есть основания полагать, что он не был случайным. В итоге Ивану Фёдорову и его помощнику Петру Мстиславцу пришлось выехать в Великое княжество Литовское. «Зависть и ненависть нас от земли и отечества и от рода нашего изгнали и в иные страны, неведомые доселе», — напишет позже Иван Фёдоров.

Ко многим талантам типографа можно прибавить и свойство характера — верность выбранной профессии. Появившись в Заблудове — резиденции гетмана Великого княжества Литовского в 1569 году, ­Фёдоров сразу же приступил к подготовке новых книг. Здесь появятся «Евангелие Учительное», «Псалтирь с Часословцем». Примерно в это же время самостоятельным делом в Вильно займётся помощник Фёдорова Петр Мстиславец.

На желание создавать новые книги не повлияло дарование магнатом земельного надела Фёдорову и предложение уйти на покой. «Не пристало мне в пахании и в сеянии семян жизнь свою коротать, — написал позже мастер. — Вместо сохи Автограф Ивана Фёдорова, письмо на латинском языке саксонскому курфюрсту от 23 июля 1583 годау меня ремесло художественное, вместо семян житных — духовные семена подлежит мне по вселенной рассеивать». И надо сказать, что, согласись Фёдоров со своим покровителем, не появились бы настоящие жемчужины книжной культуры, возникшие позднее в украинских городах Львове и Остроге.

Последний период жизни просветителя наполнен титанической борьбой, прежде всего за свою жизнь и жизнь близких. Печатное дело было чрезвычайно затратным и опасным. Покупать необходимое оборудование Фёдорову было не по карману. Проданное имение окупило лишь часть расходов. Приходилось брать в долг, а с кредиторами расплачиваться самым дорогим — книгами. Не раз тиражи изданий, печатные станки и литеры подвергались аресту. Неудивительно, что Фёдоров раз за разом оказывался в центре идеологической борьбы того времени. На землях Великого княжества Литовского усиливалось влияние католицизма, набирал силу протестантизм. А Фёдоров оставался православным человеком, и здесь не изменив своим убеждениям! Лебединой песней мастера стало издание знаменитой «Острожской Библии» «в насаждение всему народу русскому». Смерть настигла этого неутомимого труженика в 1583 году в момент новых хлопот по обустройству типографии. Похоронили первопечатника в Онуфриевском монастыре близ Львова и над могилой положили плиту с надписью «Друкарь книг, пред тем не виданных».

По достоинству ли сегодня оценен вклад Ивана Фёдорова в историю страны? Как здесь не вспомнить слова академика Печатный знак Ивана Федорова с Острожской Библии (1581 г.)В.И. Вернадского, который заметил, что до изобретения книгопечатания «человеческая личность не имела никакой возможности предохранить, хотя бы несколько, свою мысль от исчезновения, распространить её широко, переждать неблагоприятное время и сохранить её до лучших времён». И тем более непонятно желание некоторых наших соотечественников поскорее сдать книгу в музей — дескать, эпоха печатного станка закончилась. Подобные мысли не выдерживают критики. Но удручает другое, а именно непонимание того, что отказ от книги — во многом отказ от возможности мыслить. Ведь сегодня гораздо проще получить готовый ответ на вопрос. Хотя мы и видим огромное количество изданий, в мире с каждым годом люди читают всё меньше и меньше и, следовательно, меньше остаётся предпосылок для творческого мышления. Кстати, юбилей великого русского типографа омрачён тем фактом, что до сих пор у нас нет полного собрания его трудов. Нельзя сказать, что деятельность Ивана Фёдорова глубоко осмыслена нашим обществом. Об этом свидетельствует малочисленность публикаций, посвящённых книжной культуре.

Феномен Ивана Фёдорова уникален. Связывать его вклад в культуру страны только с техническими новинками и новаторскими приёмами ремесла означает превратить великого земляка и гуманиста лишь в ремесленника, продолжателя дела немца Гуттенберга. Не отсюда ли рождается понимание наследия Фёдорова и книги вообще как явления прошлого? Однако не будем забывать о главном — в основе деятельности Ивана Фёдорова лежало желание сделать слово доступным каждому человеку!

Происходящее сегодня в России свидетельствует, что просветительский труд Ивана Фёдорова не завершён. Именно свет знания и связанного с ним труда и опыта необходим нам сегодня, чтобы справиться с кризисом, который, прежде всего, у нас в головах. Уж точно сегодня нам не помешал бы моральный принцип гуманиста, означающий непрестанное служение людям. России нужны подлинные талант, интеллек­т и патриотизм первопечатника российского Ивана Фёдорова.

Дмитрий Патолятов



Яндекс.Погода

   
Адрес: Москва, Скорняжный пер. дом 6, корп. 1, офис 31
Тел.:
E-mail: info@ros-idea.ru